Они не хотят работать — или не хотят работать по-старому? На этот вопрос «Петербург.Эксперта» ответила эксперт по подбору персонала, HR-консультант Антонина Болгова.
«Им ничего не нужно», «они не готовы терпеть», «увольняются при первых трудностях» — примерно так сегодня нередко описывают зумеров работодатели. Молодому поколению приписывают слабую лояльность, завышенные запросы и отсутствие привычной дисциплины. Но корень проблемы может лежать не в самих зумерах, а в том, что именно они первыми массово отказались принимать условия, которые для предыдущих поколений казались незыблемыми.
Для старших поколений карьерный успех долгое время ассоциировался с готовностью много работать, задерживаться, мириться с неудобствами и постепенно заслуживать лучшие условия. Зумеры оценивают эту сделку иначе.
Они все чаще спрашивают себя: что я получаю в обмен на свое время, силы и внимание? И если ответ не устраивает — ищут другое место. Со стороны это выглядит как нехватка лояльности, но за этим нередко стоит более осознанное отношение к собственным ресурсам.
«Они задают вопросы, которые раньше было не принято задавать. Почему я должен оставаться после работы? Как будет измеряться мой результат? Когда я смогу вырасти? Почему эту задачу нужно делать именно так? Руководитель может воспринимать подобные вопросы как сопротивление или отсутствие уважения к авторитету», — объяснила эксперт.
Для зумера же это скорее способ разобраться в сути происходящего. Формулы «так принято» ему недостаточно. Чем яснее логика задачи, критерии успеха и влияние работы на общий результат, тем выше шанс получить вовлеченного сотрудника.
Зумеры выросли в мире, где реакция на действия приходит почти мгновенно. Поэтому установка «поработай несколько лет, а там посмотрим» мотивирует их слабо. Им важно понимать, что получается уже сейчас, куда они движутся и что конкретно нужно сделать для следующего шага.
«Это не обязательно означает нетерпеливость. Скорее привычку к прозрачной системе координат, которой во многих компаниях до сих пор не хватает сотрудникам любого возраста», — отметила Антонина Болгова.
Нежелание отвечать на рабочие сообщения ночью или постоянно перерабатывать иногда принимают за нехватку карьерных амбиций. Но высокая вовлеченность и готовность работать без границ — не одно и то же. Зумер может стремиться быстро развиваться, брать на себя ответственность и добиваться сильных результатов, при этом не считая хронические переработки признаком профессионализма.
«Конечно, поколение не делает всех людей одинаковыми. Среди зумеров есть и сильные сотрудники, и слабые, как и среди миллениалов или представителей поколения X», — рассказала эксперт.
Однако молодые специалисты действительно быстрее подсвечивают то, что раньше сотрудники могли годами молча терпеть: непрозрачное управление, отсутствие обратной связи, бессмысленные процессы, токсичную коммуникацию. Возможно, поэтому главный вопрос работодателю сегодня стоит ставить не как «что не так с зумерами?», а иначе: какую рабочую среду нужно создать, чтобы сильные представители нового поколения захотели в ней оставаться и расти?
